Философский журнал | Philosophy Journal https://pj.iph.ras.ru/ <p style="line-height: 115%; text-align: justify;" align="justify"><span style="color: #311010;"><span style="font-family: Open\ Sans, sans-serif;"><span style="font-size: small;"><span lang="en-US"><strong>«Философский журнал&nbsp;| Philosophy Journal»</strong></span></span></span></span> <strong><span style="color: #000000;"><span style="font-family: Open\ Sans, sans-serif;"><span style="font-size: small;"><span lang="en-US"><span style="font-weight: normal;">– периодическое издание, ориентированное на профессиональную аудиторию. Задача журнала – публиковать результаты исследований как в области традиционных философских дисциплин: онтологии, эпистемологии, логики, этики, эстетики, социальной философии, истории философии, и др., так и посвященные междисциплинарным проблемам на стыке философии и других сфер знания: естественных наук, теории литературы, новых визуальных искусств и др. Особое внимание уделяется поискам новых форм и языка в современной философии. Журнал нацелен на публикацию фундаментальных и актуальных исследований в области философии.</span></span></span></span></span></strong></p> <p style="line-height: 115%; text-align: justify;" align="justify"><span style="color: #000000;"><span style="font-family: Open\ Sans, sans-serif;"><span style="font-size: small;"><span style="font-weight: normal;">Журнал зарегистрирован Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор). Свидетельство о регистрации СМИ: ПИ № ФС77-61227 от 03 апреля 2015 г.</span></span></span></span></p> Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт философии Российской академии наук ru-RU Философский журнал | Philosophy Journal 2072-0726 Плот или пирамида: о природе интеллектуального мужества https://pj.iph.ras.ru/article/view/5250 <p>Предметом статьи является проблема интеллектуального мужества. Ее истоки про­слеживаются из философской этики, психологии морали и эпистемологии добро­детелей, а также этики науки. Интеллектуальное мужество рассматривается как предел разумного бесстрашия, завершающий континуум «храбрость – смелость – мужество». Интеллектуальное мужество представляет собой эпистемическую доб­родетель, которая обеспечивает развитие знания (выдвижение и обоснование новых теорий, рискованные эксперименты и изобретения) в условиях неопределенности и риска. Акт интеллектуального мужества является бескорыстным даром, демон­стрирующим выделенный эпистемический статус дарящего, его дистанцию от со­общества. Нередуцируемое к качествам личности, интеллектуальное мужество во­площает особый коммуникативный феномен на границе науки и общества: творче­ское одиночество.</p> И. Т. Касавин Copyright (c) 2020-11-20 2020-11-20 13 4 5 16 10.21146/2072-0726-2020-13-4-5-16 Alfred North Whitehead – Against dualism https://pj.iph.ras.ru/article/view/5251 <p>Спор в англоязычной философии о соотношении сознания (или души) и тела и параллельный ему спор о соотношении наук о духе и наук о природе в области образования опирался на протяжении всего XX в. и опирается сейчас на работы А.Н. Уайтхеда (1861‒1947). Это обстоятельство объясняется в предлагаемой рабо­те. Конкретно, в работе описывается проект систематической метафизики (или спе­кулятивной космологии) Уайтхеда, представленный в наиболее известной форме в его работе «Наука и современный мир» (1925). Согласно позиции Уайтхеда, мета­физика должна быть внутренне непротиворечивой, просвещенной, но также и про­свещающей современную науку (в частности, эволюционную теорию и теорию относительности), согласуясь при этом с интуициями обыденного восприятия. По­скольку Уайтхед был по образованию математиком, его рассуждения требовали пояснений. Как бы то ни было, из этих рассуждений следовала «философия орга­низма» или «философия процесса». Как философ, Уайтхед был реалистом. Его по­нимание реализма порождало радикальную критику «научного материализма» и всех его философских недостатков, которые, по мнению Уайтхеда, преобладали в европейской культуре со времен научной революции XVII в. Данная работа состо­ит из четырех разделов, представляющих тот контекст, в котором разрабатывался метафизический проект Уайтхеда, его основные характеристики с отдельным рас­смотрением причинной эффективности в области восприятия и проблемы функцио­нирования, и, наконец, заключение, в котором резюмируется проект Уайтхеда и его значимость для общественной дискуссии о направлении развития просвещенной культуры.</p> R. Smith Copyright (c) 2020-11-20 2020-11-20 13 4 17 36 10.21146/2072-0726-2020-13-4-17-36 Могут ли животные мыслить? Концепции лингвиз­ма, интерпретивизма и протологицизма https://pj.iph.ras.ru/article/view/5252 <p>Целью статьи является обозначение основных существующих в настоящий момент траекторий ответа на вопрос, в каком смысле возможно утверждать, что животные разумны и способны мыслить. Современные дебаты на тему мышления и разумно­сти животных представляют собой новый материал для отечественных исследова­телей. Сложность разработки вопроса о мышлении животных связана с наличием лингвистического барьера между людьми и другими живыми существами. Отсут­ствие языковой способности в рамках классической философии являлось свиде­тельством неразумности. В статье анализируется аргумент Дэвидсона в поддержку данной позиции, построенный с опорой на базовые положения его концепции линг­вистического холизма. Наряду с негативным решением вопроса о мышлении жи­вотных автор выделяет в качестве значимых два положительных подхода. Во-пер­вых, это интерпретивизм Д. Джеймисона, основывающийся на перспективах второго и третьего лица в процессе интерпретации, хотя и отрицающий сущностное отличие процессов понимания поведения человека и животного. Во-вторых, это концепция протологики Х.Л. Бермудеса. С точки зрения автора статьи, этот подход представля­ет наибольший интерес для развития данной тематики исследований, поскольку Бер­мудес не редуцирует вопрос о мышлении животных к особенностям мышления че­ловека, демонстрируя теоретическую возможность существования мышления вне репрезентативной системы языка посредством поиска эквивалентов для раздели­тельного умозаключения, гипотетического силлогизма (modus ponens), рассуждения от противного (modus tollens). Как заключает автор, именно концепция Бермудеса создает основу для дальнейшего философского исследования вопроса о мышлении животных.</p> Д. В. Чирва Copyright (c) 2020-11-20 2020-11-20 13 4 37 51 10.21146/2072-0726-2020-13-4-37-51 Тривиальность и грамматическая корректность: современные проблемы интенсиональной семантики https://pj.iph.ras.ru/article/view/5253 <p>Статья посвящена исследованию семантики вложенных вопросов (вопроситель­ных придаточных предложений), а также природе ограничений на сочетания ин­тенсиональных глаголов с декларативными и вопросительными придаточными пред­ложениями. Авторы показывают, что данная проблематика восходит к ключевым аспектам семантической и когнитивной программы Г. Фреге и имеет ключевое зна­чение для философии языка. Используя аналитический аппарат современной се­мантики, авторы исследуют данную тему на материале новейших теоретических работ. Они показывают, как семантика вложенных вопросов способствует выра­ботке нового взгляда на структуру смысла и когнитивный потенциал людей, ис­пользующих сложноподчиненные предложения. Также авторы выявляют ряд теоре­тических недостатков и эмпирических ограничений современных теорий семантики вложенных вопросов и указывают на дальнейшие направления развития данной проблематики.</p> Е. В. Вострикова П. С. Куслий Copyright (c) 2020-11-20 2020-11-20 13 4 52 68 10.21146/2072-0726-2020-13-4-52-68 Что есть значение? Ответ Пола Грайса https://pj.iph.ras.ru/article/view/5254 <p>В настоящей работе обсуждаются идеи, представленные в «прорывной» статье Пола Грайса «Значение», опубликованной в 1957 г. Эти идеи рассматриваются в перспек­тиве более зрелого, полного и проработанного подхода Грайса к языку. Следующие тезисы выдвигаются в качестве основных характеристик этого подхода: (1) хотя зна­чение и употребление тесно связаны между собой, их не следует отождествлять; (2) теория значения и языка в целом должна быть систематической и нацеленной на объяснение; (3) значение лингвистических выражений определяется в терминах психологических состояний, прежде всего намерений; (4) выделяются три вида зна­чения – значение предложения, то, что сказано, и значение, вкладываемое говоря­щим; (5) речевое общение трактуется как рациональная деятельность, подчиняю­щаяся определенным принципам; чтобы распознать намерения говорящего, слуша­ющие осуществляют особый вид выводов – импликатуры; (6) естественный язык не имеет особой неформальной логики; (7) семантические и прагматические аспек­ты языка не имеют четкой границы, они взаимодействуют друг с другом. При рас­смотрении статьи Грайса «Значение» особое внимание уделяется трем идеям: раз­личию между естественным и неестественным значением, процедуре концептуаль­ного анализа (состоящей в выявлении необходимых и достаточных условий для приписывания неестественного (вкладываемого говорящим) значения и природе (рефлексивной или итеративной) намерений говорящего, которые позже были на­званы «коммуникативными». Хотя Грайс обычно считается философом обыденного языка, его взгляды на природу значения и речевого общения свидетельствуют о том, что он отвергает некоторые важные принципы этой философской школы.</p> Л. Б. Макеева Copyright (c) 2020 2020-11-20 2020-11-20 13 4 69 88 10.21146/2072-0726-2020-13-4-69-88 Онтологический статус социо­культурных объектов как предмет феноменологической критики (А. Шюц, Р. Ингар­ден) https://pj.iph.ras.ru/article/view/5255 <p>В статье представлен феноменологический подход к анализу социально-культурных предметностей – трансцендентальных оснований социального и онтологического статуса идеальных предметностей культуры – в постгуссерлевской феноменологии на примере двух его учеников и последователей – А. Шюца и Р. Ингардена. Обосно­вано, что оба представителя феноменологической школы, развивая идеи «позднего» Э. Гуссерля, сформулировали оригинальные принципы социокультурного анализа – как в области феноменологической социологии, так и в области феноменологиче­ской онтологии культуры и эстетики. Показано, что феноменологическая онтология социального, сфокусированная на смысловой структуре социального мира, сформи­ровала адекватные методологические инструменты исследования трансценденталь­ных оснований социальности и когнитивного фундамента коммуникативных практик. В рамках «феноменологической онтологии» Р. Ингарден разработал оригинальную систему категорий для изучения социокультурных предметностей и артикулировал специфику интенционального слоя идеальных предметностей культуры. Показано, что феноменологическая онтология культуры как интенционально конституирован­ная реальность трансцендентна как по отношению к сознанию, так и к ее реальным (материальным) основаниям. Социально-культурная реальность предстает как по­рождение творческой активности сознания, сопряженная, но превосходящая гра­ницы природного область бытия, преобразующая его в наделенное смыслом бытие человеческое.</p> Н. М. Смирнова Д. Р. Штыков Copyright (c) 2020-11-20 2020-11-20 13 4 89 101 10.21146/2072-0726-2020-13-4-89-101 Советский Достоевский: Достоевский в совет­ской культуре, идеологии и философии https://pj.iph.ras.ru/article/view/5256 <p>В статье ставится задача проанализировать, как творчество Достоевского восприни­малось и подавалось в советской идеологии и философии, каким он был, «совет­ский Достоевский». Вопреки довольно распространенным суждениям показывает­ся, что, несмотря на ограничения, речь о полном запрете или неиздании произведе­ний Достоевского никогда не шла, в том числе и в сталинские годы. Тогда издавали и отдельные произведения Достоевского, и даже собрания его сочинений. Пока­зано, как Достоевский присутствовал в школьной программе по литературе. Рас­сматривается восприятие творчества и идей Достоевского советскими вождями – В.И. Лениным и И.В. Сталиным. Делается вывод, что официальная идеологическая позиция в отношении Достоевского не была лишена динамики даже в сталинские годы. В целом можно выделить следующие факторы, которые советские идеологи в качестве положительных отмечали у Достоевского: это его якобы революционное прошлое, гуманизм Достоевского и его горячее сочувствие к униженным и оскорб­ленным, и великое мастерство его как художника и знатока тайн человеческой души. Рассматривается также восприятие творчества Достоевского советским фи­лософом Э.В. Ильенковым. Ставится задача дальнейшего исследования этого во­проса и у других советских творческих марксистов или публицистов-шестидесят­ников – Г. Лукача, М.А. Лифшица, Ю.Ф. Карякина и других.</p> Ю. В. Пущаев Copyright (c) 2020-11-20 2020-11-20 13 4 102 118 10.21146/2072-0726-2020-13-4-102-118 Евразийские гео­политические идеи в культурном наследии Рерихов https://pj.iph.ras.ru/article/view/5257 <p>Статья посвящена наследию семьи Рерихов – Николая Константиновича, Елены Ивановны, Юрия Николаевича, Святослава Николаевича и его роли в современной ситуации нарастающих кризисных явлений, в первую очередь для евразийского гео­политического пространства. Авторы обосновывают тезис о том, что политические и культурологические взгляды Рерихов вызревали во многом параллельно движе­нию евразийцев и в ряде аспектов развивают и уточняют многие идеи евразийского течения. Имелись научные связи Рерихов с Г.В. Вернадским и Л.Н. Гумилевым. Утверждается актуальность и прогностичность ключевых принципов, проводимых семьей Рерихов, касающихся цивилизационных перспектив России и основных на­правлений евразийского сотрудничества. В философском и научном наследии семьи Рерихов провидчески были описаны основные черты грядущего глобального кризи­са, выход из которого они видели в установлении примата культуры над экономикой, духовного над материальным. Рерихи предупреждали об опасностях варварского отношения с природой, роботизации и разложения сознания. Их предупреждения об опасностях механической цивилизации находят подтверждение в работах совре­менных аналитиков. Согласно Рерихам, идеал кооперации и сотрудничества должен стать основой взаимоотношений между народами. Рерихи подчеркивали особое значение российско-монгольских и российско-индийских связей, образующих гео­политическое и духовное «средокрестие» Евразии. В условиях глобализации общ­ность экологических, культурных и хозяйственных проблем двух великих горных регионов Земли является прочным основанием для будущего сотрудничества уче­ных на евразийском пространстве.</p> А. В. Иванов И. В. Фотиева И. А. Герасимова Copyright (c) 2020-11-20 2020-11-20 13 4 119 133 10.21146/2072-0726-2020-13-4-119-133 Этико-политическая программа Владимира Моно­маха https://pj.iph.ras.ru/article/view/5258 <p>В статье анализируются религиозные основания политических взглядов Владимира Мономаха. Реконструируются концептуальные положения политического завеща­ния киевского князя своим детям и основные идеи его этико-политической про­граммы. Великий князь рекомендовал наследникам уклоняться от греха, вершить праведный суд, защищать слабых, иметь память смертную и держать в сердце сво­ем страх перед Богом. Действия в такой парадигме накладывали значительные ограничения на представителей власти, ибо сковывали их в выборе средств. На кон­кретных фактах биографии Мономаха было проверено, насколько положения этико-политической программы воплощались во внешней и внутренней политике самого князя. Сопоставление показывает, что в реальной политической практике древне­русский князь отступал от исполнения религиозных установок собственной нрав­ственной программы. Делается вывод, что впервые властителем были выдвинуты требования к самой власти и задавался желательный с точки зрения принятой веры идеал князя-управителя.</p> В. В. Мильков Copyright (c) 2020-11-20 2020-11-20 13 4 134 147 10.21146/2072-0726-2020-13-4-134-147 <Феноменология субъект-объектного отношения> https://pj.iph.ras.ru/article/view/5259 <p>Продолжается публикация недавно выявленных в архиве А.Ф. Лосева материалов, относящихся к первоначальному составу известной книги философа «Философия имени» (1927). Публикуемый новый фрагмент, получивший условное название &lt;Феноменология субъект-объектного отношения&gt;, относится к завершающим раз­делам этой второй части. Философ трактует здесь, во-первых, связь перво-сущно­сти и имени сущности в энергийных терминах (эйдос, энергия, энергема) и, во-вто­рых, в тех же терминах описывает отношения внешнего мира и субъекта понима­ния. При этом все нюансы таковых связей и отношений передаются в тщательном переборе антиномий (материи и сущности, объекта и субъекта), чем и демонстриру­ется эффективность принятого Лосевым феноменолого-диалектического метода. В несколько менее развернутой форме, но с рассмотрением тех же антиномий, изло­женная диалектическая система вполне обнаруживается в других работах Лосева 1920-х гг., например, в книгах «Античный космос и современная наука» (глава «Имя и его диалектика») и «Философия имени». В публикуемом отрывке получило большую, чем в указанных книгах, ясность тонкое различение двух типов меона – сущностного (внутреннего) и материального (внешнего), различение, которое во мно­гом определило специфику лосевской феноменологии.</p> А. Ф. Лосев Copyright (c) 2020-11-20 2020-11-20 13 4 148 170 10.21146/2072-0726-2020-13-4-148-170 Франк в архиве Ф. Ницше: вы­ступление в Веймаре 1932 г. https://pj.iph.ras.ru/article/view/5260 <p>В статье воссоздается общий историко-философский контекст выступления С.Л. Фран­ка в архиве Ницше с докладом «Ницше и родственные ему русские мыслители» («Nietzsche und ihm verwandte russische Geister»), состоявшегося 25 февраля 1932 г. На основании архивных материалов, которые хранятся в архиве Гёте и Шиллера (Goethe- und Schiller-Archiv) в Веймаре, анализируется переписка Франка с сестрой Фридриха Ницше Элизабет Фёрстер-Ницше, а также рассматривается список гостей, приглашенных на доклад русского философа. Отдельное место в статье занимает об­щая реконструкция жизненного и творческого пути Карла Августа Эмге, одного из первых немецких профессоров философов, добровольно примкнувших к партии национал-социалистов в декабре 1931 г., но в то же время являвшегося приятелем Франка и организатором его доклада в архиве Ницше в 1932 г. В приложении также публикуются архивные материалы: письмо Франка к Фёрстер-Ницше от 18 февраля 1932 г. (место хранения: архив Гёте и Шиллера; сигнатура GSA 72/BW 1458); ответ­ное письмо Фёрстер-Ницше от 22 февраля 1932 г. (место хранения: четвертая опись фонда Франка в Доме русского зарубежья им. А. Солженицына); два незавершенных немецкоязычных конспекта доклада Франка в архиве Ницше и их перевод на русский язык (место хранения: 12-й бокс фонда Франка в Бахметевском архиве).</p> А. С. Цыганков Т. Оболевич Copyright (c) 2020-11-20 2020-11-20 13 4 171 192 10.21146/2072-0726-2020-13-4-171-192